Research by Peter Kaznacheev
Research
The Future Horizons of the OPEC+ Agreement (Budushchiye gorizonty formata OPEK+). Peter Kaznacheev’s comments, Neftegazovaya vertikal

Будущие горизонты формата ОПЕК+

СЕРГЕЙ ТИХОНОВ
«Нефтегазовая Вертикаль»

Neft_vertical_image

Соглашение о сокращении добычи между странами ОПЕК и государствами, не входя-
щими в картель, уже второй год является определяющим фактором развития нефтяной
отрасли в мире. За время действия сделки ОПЕК+ к сегодняшнему дню цены на «черное
золото» стабилизировались выше отметки $60/барр, а излишки запасов нефти на рын-
ке по итогам 2017 года сократились более чем в два раза. Главной целью продления
соглашения до конца текущего года объявлено окончательное удаление переизбытка
«черного золота» на мировом рынке. Однако сразу после пролонгации соглашения о со-
кращении добычи в декабре 2017 года начались разговоры о возможном досрочном
выходе из него некоторых участников, в том числе и России. Одновременно с этим стал
подниматься вопрос о выгодности продолжения действия соглашения для отечествен-
ных нефтедобывающих компаний. Впрочем, официальные заявления представителей
стран, участвующих в сделке, значительно поумерили скептический настрой сторон-
ников выхода из соглашения о сокращении, поскольку в них говорилось о возможном
дальнейшем продолжении сотрудничества в рамках ОПЕК+.

В результате в центре внимания оказалась сама
возможность взаимодействия картеля и других
стран в области регулирования баланса мирового
нефтяного рынка, а также форма, в которой такое
сотрудничество будет происходить. Естественно,
что в первую очередь общий интерес вызывала по-
зиция двух лидеров соглашения ОПЕК+, а именно:
Саудовской Аравии и России. Обе страны за послед-
ние несколько лет значительно сблизились, но это
совсем не означает, что они готовы действовать
единым блоком, даже если только в сфере неф-
тедобычи, где уже сейчас между государствами

есть разногласия. Что, впрочем, не отменяет воз-
можные выгоды от такого союза, но для этого РФ
и Саудовской Аравии надо достигнуть консенсуса
по всем животрепещущим вопросам.

РОССИЯ – СПАСИТЕЛЬ ОПЕК

Взаимоотношения РФ и нефтяного картеля ни-
когда не были безоблачными. Сторонам удавалось
договариваться о совместных действиях по стаби-
лизации рынка в 1999 и 2001 годах, но роль в них
нашей страны была совсем не определяющей.
К тому же во втором случае под сомнение оказа-
лось поставлено добросовестное выполнение РФ
условий договора. Во время же мирового финан-
сового кризиса 2008 года Россия и вовсе не при-
нимала участия в сокращении добычи. Собственно,
нынешнее соглашение с ОПЕК – первое соглашение
о балансировке нефтяного рынка, в котором наша
страна участвует как один из инициаторов и драй-
веров исполнения его условий.

Когда в начале 2016 года стало ясно, что цены
на нефть могут продолжить падение до совсем ми-
нимальных значений, ниже $30/барр, о необходи-
мости заключения сделки, лимитирующей добычу
«черного золота, заговорили все участники рынка.
Но при этом почти никто не верил, что такое соглаше-
ние возможно. И дело здесь было даже не в позиции
стран, не входящих в ОПЕК, а в сложных отношени-
ях внутри картеля. Разногласия между Саудовской
Аравией и Ираном в стратегии защиты своих долей
рынка на фоне увеличения добычи в США, России
и в самой Саудовской Аравии никак не укрепляли
веру в способность ОПЕК противостоять кризису
перепроизводства. И после провала переговоров
в Дохе в начале 2016 года разговоры о неспособно-
сти картеля влиять на ситуацию на рынке достигли
пика. Главы почти всех межнациональных корпо-
раций, таких как Shell, Total и другие, высказались
об ОПЕК как о структуре, утонувшей во внутренних
противоречиях, которая не может не только догово-
риться с другими участниками рынка, но и согласо-
вать действия собственных членов.

Именно в этот период одну из главных ролей
в подготовке соглашения ОПЕК+ стала играть Рос-
сия. И дело даже не в том, что наша страна впо-
следствии взяла на себя самую большую квоту со-
кращения добычи в 300 тыс. барр / сут. из 12 стран,
не входящих в картель, присоединившихся к пакту.
А в том, что уже после провала переговоров в Дохе
Саудовская Аравия и Россия на уровне министерств
сумели договориться о совместных действиях
для достижения искомого соглашения о сокраще-
нии добычи. С большой долей вероятности также
можно предположить, что РФ использовала всё
возможное политическое влияние на Иран, не со-
гласный с сокращением для своей страны, а также
на другие государства вне картеля для того, чтобы
расширить круг стран, не входящих в ОПЕК, готовых
поддержать соглашение. Подписание в начале сен-
тября совместного заявления глав Минэнерго Рос-
сии и Саудовской Аравии о координации действий
по стабилизации рынка нефти было сигналом всем
остальным нефтедобывающим странам, что согла-
шение все же будет достигнуто. Однако даже после
заключения сделки в декабре 2016 года веры в его
действенность и в исполнение его условий у игро-
ков рынка было немного.

Дальнейшее развитие событий посрамило скеп-
тиков, а результаты реализации соглашения пре-
взошли самые оптимистичные ожидания. Нефть
пересекла отметку $60 / барр в конце прошлого
года, а излишки сократились более чем в два раза.
И здесь перед участниками соглашения встал во-
прос: что дальше – опять разойтись в стороны и не-
которое время пожинать плоды успешной работы
или все же пытаться больше не допускать обвалов
нефтяных котировок? Вполне вероятно, что про-
лонгация соглашения на весь 2018 год связана
с временной победой сторонников второго вари-
анта. Но время летит быстро, а отсрочка решения
этого вопроса никак не может снять его с повест-
ки дня. Поэтому сегодня больше обсуждается уже
не успешность реализации условий соглашения
ОПЕК+ на 2018 год, а вероятности и механизм вы-
хода из сделки различных участников или возмож-
ности сохранения и формы дальнейшего сотрудни-
чества стран в рамках ОПЕК+.

МНЕНИЯ СТОРОН

Сказать, что участники соглашения о сокраще-
нии сами стопроцентно определились со своим
будущим, нельзя. Наряду с заявлениями о готов-
ности продолжить работу в формате ОПЕК+, главы
энергетических ведомств, участвующих в согла-
шении государств, говорят о различных вариантах
дальнейшего развития отрасли уже без ограниче-
ний добычи. Со стороны РФ также появляется ин-
формация, что отечественные компании не очень
довольны пролонгацией сделки на весь 2018 год

и были бы не против, если наша страна начала
выход из соглашения раньше объявленного сро-
ка. Понятно, что во многом будущее ОПЕК+ будет
зависеть от позиций России и Саудовской Аравии.
А здесь свою роль будут играть и санкции про-
тив РФ, и сирийская война, и другие конфликты
на Ближнем Востоке, и рост добычи нефти в США,
а также дальнейшее поведение мирового рынка.
Впрочем, руководители энергетических ведомств
стран, задействованных в договоре ОПЕК+, пока
воздерживаются от конкретных комментариев.

Председатель конференции ОПЕК министр энер-
гетики Объединенных Арабских Эмиратов Сухейль
Аль-Мазруи 14 февраля 2018 года в интервью из-
данию The National так прокомментировал воз-
можное сотрудничество после завершения сделки
ОПЕК+: «Вместе с генеральным секретарем ОПЕК
Мохаммедом Баркиндо мы намерены представить
группе 24-х стран (взявших на себя обязательства
по сокращению нефтедобычи) предварительный
вариант соглашения, чтобы продолжить совмест-
ную работу в дальнейшем. Мы обсудим черновой
вариант соглашения в течение этого года».

Немного позднее, 20 февраля, Сухейль Аль-
Мазруи на IP Week (Международная нефтяная неде-
ля) высказался по поводу перспектив ОПЕК+ после
2018 года еще более определенно: «Проект устава
нашего совместного сотрудничества находится
в стадии формирования. Мы надеемся, что сможем
обсудить это с министрами и прийти к соглашению
в этом году. Это усилит ОПЕК».

Ранее, 21 января, нечто подобное озвучил в Ома-
не министр энергетики Саудовской Аравии Халид
Аль-Фалих, говоря следующее: «Пока мы не догово-
рились о механизме, но практически все государ-
ства настроены на продолжение сотрудничества
после 2018 года». Помимо этого, министр энергети-
ки Саудовской Аравии добавил: «На мой взгляд, мы
должны продлить механизм соглашения, но необя-
зательно устанавливать новые ограничения по до-
быче. Мы надеемся, что формализация данного
механизма как минимум позволит поддерживать
контакты между странами, входящими в ОПЕК,
и странами вне ОПЕК. Это позволило бы нам пред-
принимать быстрые действия, не проводя целый
год в ожидании итогов переговоров».

В Минэнерго России так же аккуратно, но доста-
точно определенно высказались о возможности
дальнейшего взаимодействия: «Нам еще предстоит
провести полноформатные обсуждения будущего

сотрудничества стран-участниц соглашения по ста-
билизации рынков. На наш взгляд, естественным
продолжением существующего взаимодействия
была бы организация некоего Форума стран, кото-
рый будет собираться на регулярной основе для об-
суждения текущей ситуации на нефтяных рынках,
оценки существующих вызовов и формирования
возможных решений, по аналогии с сотрудниче-
ством в газовой сфере в рамках ФСЭГ. Эта организа-
ция представляет своим участникам необходимый
инструментарий для разработки и обсуждения кон-
цептуальных подходов по глобальным проблемам
отрасли, роли энергетического ресурса в глобаль-
ном развитии, в мировой энергоклиматической по-
вестке. Такой формат позволил бы странам-участ-
ницам развиваться по нескольким направлениям,
включая совместные исследования, обмен инфор-
мацией, двустороннее и многостороннее сотрудни-
чество по реализации отдельных инвестиционных
проектов. Кстати, подобный формат взаимодействия
мы предлагали еще до заключения венских соглаше-
ний, отрадно, что рынок воспринял идею и двигается
именно в этом направлении. Как минимум одно мож-
но сказать точно – всем странам-участницам согла-
шения ОПЕК+ формат регулярных встреч ключевых
игроков рынка показался эффективным».

То есть, публично, на официальном уровне пока
говорится о неком консультативном и совеща-
тельном органе, который просто облегчит взаимо-
действие части ведущих нефтедобывающих стран,
участвующих в соглашении ОПЕК+. Несомненно,
что это абсолютно не то, ради чего стоило бы го-
родить огород. Можно сказать, что рынок ждет
трансформации ОПЕК+ в некое новое объедине-
ние, способное своими силами регулировать цены,
спрос и добычу, избегая резких скачков или переиз-
бытка продукта. Однако возникновение подобного
союза нефтедобывающих стран на базе ОПЕК+ за-
висит от очень многих – не только экономических,
но и политических – факторов.

Neft_vertical_image_2

ПОЗИЦИИ СТОРОН

На первый взгляд, высокие цены на нефть выгод-
ны всем нефтедобывающим странам. Но уровень
стоимости «черного золота», необходимый для нор-
мального развития отрасли, в разных странах со-
всем не одинаков. И если отечественные нефтяные
компании по заверениям их представителей впол-
не устраивают $50–60 / барр, то Саудовской Ара-
вии, чем выше будет стоимость нефти, тем лучше,
как и для любой страны, где нефтедобыча сосредо-
точена в руках государства. Не стоит также забы-
вать, что для проведения заявленного IPO 5 % Saudi
Aramco Королевству также нужны максимально
высокие цены. То же самое касается Венесуэлы, пер-
вой страны по запасам нефти в мире, у которой поч-
ти 95 % бюджета приходятся на нефтяную отрасль.

При этом, какая цена устраивает нефтедобытчиков
в США, страны, создавшей больше всех видимых по-
мех для скорейшего достижения целей соглашения
о сокращении добычи, в точности неизвестно. Сами
американские нефтедобытчики называют совсем
разные цифры – от $40 до $70 / барр.

Сейчас продолжение роста нефтяных котировок
и продление выполнения условий сокращения вы-
годно в первую очередь нефтяной отрасли Саудов-
ской Аравии. Что бы ни говорилось о возможном
выходе королевства из сделки ОПЕК+ сразу после
приватизации 5 % Saudi Aramco, экономика Сау-
довской Аравии находится сейчас совсем не в том
положении, когда сможет легко пережить низкие
цены на нефть. А учитывая объявленные реформы
в стране, участие в конфликте в Йемене, а также об-
щую нестабильность в регионе, высокая стоимость
«черного золота» нужна королевству как никогда.

Впрочем, интересен дальнейший рост цен
на нефть и России, как государству, для которого
повышение стоимости барреля означает увеличе-
ние налоговых поступлений в бюджет. Но такой
заинтересованности нет у российских нефтяных
компаний. По мнению Константина Симонова,
директора Фонда национальной энергетической
безопасности (ФНЭБ), «отечественным нефтедобы-
вающим компаниям дальнейшее увеличение цены
нефти ничего не даст, поскольку дополнительные
доходы от роста стоимости барреля будут съедать
налоги и акцизы. Нефтяные компании тоже хотят
заработать, а могут они это сделать пока только
за счет увеличения добычи, которую государство
наоборот ограничивает. Чтобы сделать компании
своими союзниками, государству надо договорить-
ся с российскими ВИНК и решиться на налоговые
изменения в отрасли хотя бы с 2019 года».

Существует другая группа стран, которые по раз-
ным причинам, чаще всего из-за внутренних кон-
фликтов или иностранных санкций, значительно
снизили добычу во время или еще до сделки ОПЕК+
и теперь были бы не прочь вернуть себе потерян-
ные доли рынка, но соглашение препятствует уве-
личению производства нефти. В первую очередь
это Иран, Нигерия и Ливия. С некоторыми оговорка-
ми к этому же списку можно причислить Ирак, ко-
торый еще в процессе обсуждения условий сделки
ОПЕК+ пытался выторговать себе особые условия,
но не получил их. В двояком положении оказалась
Венесуэла. Из-за политического и экономического
кризиса стране необходимы высокие цены на «чер-
ное золото», однако при этом также нужно срочно
наращивать значительно снизившуюся добычу.

К третьей группе стран можно отнести государ-
ства, не участвующие в ОПЕК+, но способные оказать
значительное влияние на будущее сделки. В пер-
вую очередь это США, Канада и Бразилия, которые
за счет увеличения своей добычи нивелируют усилия
участников соглашения. К этой группе также можно
частично отнести и Норвегию, однако внутренняя
экономическая политика страны, направленная
на снижение зависимости от добычи углеводородов,
а также постепенное снижение добычи из-за исто-
щения месторождений, говорят о том, что особого
влияния на расклад сил она не окажет. Особняком,
как всегда, стоит Китай, который много добывает
нефти, а еще больше потребляет. Причем от обоих
этих факторов – потребления и добычи в Поднебес-
ной – будет сильно зависеть то, как станет разви-
ваться весь нефтяной рынок в ближайшие годы.

ПЕРСПЕКТИВЫ ФОРМАТА ОПЕК+

В результате решение о будущем формата ОПЕК+
будет приниматься двумя первыми группами го-
сударств. Страны третьей группы в сделке не уча-
ствовали, хотя и оказывали на нее сильнейшее
влияние. Россия и Саудовская Аравия, конечно,
выглядят значительно солидней своих оппонентов
из второй группы, где едва ли какая-то из стран
может претендовать на роль серьезного лидера.
Но это совсем не означает, что Саудовская Аравия
и Россия быстро организуют новое объединение
нефтедобывающих стран, которое будет выступать
в роли регулятора на нефтяном рынке.

Во-первых, абсолютно не понятно, каким образом,
кроме как сокращением добычи или установлением
жестких квот на нее, это регулирование может происхо-
дить. И то и другое требует общей поддержки и четкого
исполнения принятых решений от всех потенциальных
участников возможного объединения нефтедобытчи-
ков. А как уже было сказано, дальнейшие ограничения
многим нефтедобывающим компаниям и странам
совсем не выгодны. Во-вторых, при нынешних ценах
на нефть производство «черного золота» в США и Ка-
наде наверняка продолжит расти. И чем больше будет
этот рост, тем меньше влияния на рынок будет оказы-
вать ограничение добычи со стороны стран ОПЕК+.
Если только не будет пропорционально увеличиваться
потребление нефти в мире, но тогда участники согла-
шения будут терять доли на этом рынке. В-третьих,
Саудовская Аравия и Россия в последние годы зна-
чительно сблизились, но при этом не перестали быть
конкурентами. И не все, что хорошо для Королевства
на Ближнем Востоке, приемлемо для отечественных
нефтедобывающих компаний.

По мнению научного руководителя программы
магистратуры Высшей школы корпоративного
управления РАНХиГС, заведующего кафедрой МТ
ИМЭС Ивана Капитонова, «у объединения ОПЕК+

могут быть перспективы, ввиду того что до того
момента, как образовалось само это соглашение,
Россию звали в ОПЕК, но это не было в интересах
нашей страны, т. к. она была бы в позиции подчи-
нения решениям ОПЕК. Теперь же Россия смогла
на деле доказать, что дипломатическая способ-
ность к обеспечению договорных обязательств
другими странами у нее настолько высокая, что она
может встать и во главе объединения. Такое поло-
жение, безусловно, выгодно и приемлемо для Рос-
сии. Таким образом, создание нового объединения
на базе ОПЕК+ более чем реально, однако даже та-
кая мощная организация не будет способна нейтра-
лизовать высокую волатильность на рынке ввиду
развитости финансовых инструментов на рынке».

Более жестко высказался Константин Симонов.
По его словам, «формат ОПЕК+ теряет всякий
смысл без соглашения о сокращении добычи. А де-
лать это (сокращать добычу – прим. ред.) для мно-
гих, в том числе для отечественных компаний, более
не выгодно. Создавать же на нефтяном рынке ана-
лог ФСЭГ, без настоящих рычагов влияния и ясных
полномочий, не имеет никакого смысла. Получит-
ся – чемодан без ручки, организация, не имеющая
никакого влияния и веса. Возможно в том или ином
виде просто продлить сделку на 2019 год, но для РФ
тогда надо определиться с налоговыми изменения-
ми в нефтяной отрасли».

Ведущая роль России в будущем объединении
на базе ОПЕК+ также может оказаться не столь од-
нозначна, как кажется на первый взгляд. По мнению
Петра Казначеева, директор Центра сырьевой эконо-
мики РАНХиГС, «потенциально Россия – как нынеш-
ний лидер по объемам добычи нефти в мире – мог-
ла бы занять в таком объединении ведущие позиции.
Но есть два вопроса: какой ценой и зачем? На пер-
вый ответ дал генсек ОПЕК Мохаммед Баркиндо
на лондонской Международной нефтяной неделе.
Он дал понять, что страны вне ОПЕК должны будут
повысить уровень сокращений. Учитывая, что уро-
вень соблюдения нынешних квот уже перевалил
за 100 %, речь идет о повышении квот. Чтобы под-
держивать цены на определенном уровне – скажем
$60 / барр, – странам соглашения придется брать
на себя всё большие обязательства. Такова будущая
цена участия в данном соглашении».

ЦЕНА ОВЧИНКИ И ВЫДЕЛКИ

Однако учитывая официальные заявления пред-
ставителей ОПЕК, продолжение сотрудничества
стран в рамках формата сделки о сокращении по-
сле 2018 года вполне вероятно. Можно говорить
о двух возможных сценариях развития. Первый – это
создание некоего совещательно-консультативного
органа, аналога ФСЭГ, но не на газовом, а на нефтя-
ном рынке. В этом случае, правда, нельзя говорить
о том, что данная организация будет обладать серьез-
ным влиянием. Разве что упростит коммуникацию
для участвующих в ней стран. Второй сценарий свя-
зан с продлением сделки ОПЕК+, необязательно на те-
кущих условиях для участников, но устанавливающей
определенные ограничения, квоты на добычу нефти.

В последнем случае возникает целый ряд общих,
касающихся всех, и частных, затрагивающих толь-
ко отдельные страны, проблем. Общие сводятся,
при нынешних нефтяных котировках, к басне Крыло-
ва про лебедя, рака и щуку. Слишком разные интере-
сы сейчас у участников пакта о сокращении. Плюс
есть большая вероятность, что давление на рынок
со стороны государств, не поддержавших соглаше-
ние, будет продолжать расти. С другой стороны, все
опасаются очередного падения нефтяных котиро-
вок, и это, несомненно, будет главным сдерживаю-
щим фактором.

«Дешевая нефть никому не нужна. Именно она
сблизила Саудовскую Аравию и Россию. И боязнь
очередного падения цен на нефть будет подтал-
кивать эти страны друг к другу, заставлять их до-
говариваться, находить компромиссы. Сейчас
существует красивое предположение, что будущее
сделки о сокращении добычи решится сразу по-
сле матча открытия Чемпионата мира по футболу
2018 года между сборными Саудовской Аравии
и России», – сказал Константин Симонов.

Впрочем, это не отменяет того, что отечественные
нефтяные компании сейчас готовы скорее наращи-
вать, а не сокращать производство. Конечно, высо-
кая стоимость барреля тоже важна, но российские
нефтедобытчики оказались заложниками сделки
о сокращении. «Мы вплотную подходим к вопросу
о том, зачем России участие в таком соглашении.
Объективная реальность последних лет (с 2014,
если быть точным) заключается в том, что возмож-
ность ОПЕК влиять на цену нефти значительно сни-
зилась. Когда у России не было соглашения с ОПЕК,
она пользовалась возможностью того, что в эко-
номике называется free rider, – страна-бенефициар
политики сокращений добычи ОПЕК, которая сама
в соглашение не входит и добычу не сокращает.
Присоединившись к ОПЕК, Россия теряет этот вы-
годный статус», – считает Петр Казначеев.

С другой стороны, вполне возможно допустить,
и об этом было сказано выше, что именно участие
России в сделке позволило ей свершиться в таком
масштабе – способном повлиять на современный
рынок – и с таким качеством исполнения усло-
вий сокращения. И сейчас одна из основных за-

дач для нашей страны, если формат ОПЕК+ в том
или ином виде сохранится, не позволить сесть себе
на шею остальным участникам пакта. Объемы со-
кращения добычи, которые может себе позволить
Саудовская Аравия, совершенно не приемлемы
для отечественных компаний и пагубны для разви-
тия всей нефтяной отрасли РФ. К тому же уже стало
определенно ясно, что надеяться на окончание не-
фтяного бума в США или Канаде в ближайшее вре-
мя не приходится, добыча будет расти, а это озна-
чает изменение условий игры для всех участников
нефтяного рынка.

НОВЫЕ ПРАВИЛА ИГРЫ

Собственно, сам формат ОПЕК+ стал необходим
для балансировки рынка в результате этих измене-
ний. Ранее, как известно, ОПЕК всегда справлялась
своими силами. Теперь справились за счет расшире-
ния количества участников и глубины сокращения.
Методы регулировки рынка и поднятия стоимости
барреля остались старыми. Однако насколько эти
методы будут действенны и, главное, выгодны участ-
никам сделки при нынешних ценах на нефть – во-
прос, на который нет однозначного ответа. Слишком
много факторов будет влиять на результат.

«В основе соглашения ОПЕК+ лежит идея о том,
что обвал котировок в 2014–2015 годах – это оче-
редной цикл цен на нефть. Соответственно, выход
из кризиса низких цен можно ускорить, сократив
добычу. Но особенность нынешней ситуации та-
кова, что это не очередной цикл. Мы имеем дело
с перекалибровкой нефтяного рынка. Теперь боль-
шинство драйверов цен находится вне сферы вли-
яния стран ОПЕК. Это прежде всего темпы роста
потребления в Китае и Индии, глобальное увеличе-
ние энергоэффективности и курс доллара. А глав-
ное – сверхбыстрый рост добычи в Соединенных
Штатах», – пояснил Петр Казначеев.

Увеличение производства нефти в Америке
на протяжении всего срока действия соглашения
о сокращении оставалось главным тормозом ско-
рейшего достижения целей сделки ОПЕК+. Однако
сказать, что нефтяная отрасль США была против-
ником действий участников соглашения и стара-
лась разрушить всё ими достигнутое, нельзя. Более
того, это было бы большой ошибкой. Низкие цены
на «черное золото» американским нефтедобытчи-
кам, особенно сланцевым, абсолютно не нужны.
Можно даже сказать, что они значительно опасней
для них, нежели для компаний из России или Сау-
довской Аравии.

По мнению Петра Казначеева, «именно США выгод-
нее всего существование соглашения ОПЕК+ – ведь
оно сдерживает цену нефти, при этом не накладывая
никаких ограничений на США. Они могут продол-
жать наращивать добычу, пользуясь сокращениями
ОПЕК+. Недаром еще в 2016 году российские компа-
нии обратились к правительству с письмом, в кото-
ром предлагали воздержаться от сокращений и при-
соединения к ОПЕК. В долгосрочной перспективе это
потребует таких сокращений, на которые российские
компании, видимо, пойти не готовы».

Схожую точку зрения высказал Константин Си-
монов: «Опасения серьезного роста добычи нефти
в США не лишены оснований, но сами Соединенные
Штаты совсем не жаждут обвалить цены на нефть.
Более того, периодические снижения курса долла-
ра способствовали поддержанию нефтяных цен.
Также не стоит забывать, что Дональд Трамп – по-
литик, сделавший ставку на углеводороды, а не аль-
тернативные источники энергии. Одно только это
способствует поддержанию рынка. Да, США не пой-
дут на сделку с ОПЕК или Россией, но целенаправ-
ленно бороться против роста стоимости барреля
они не будут, как и обваливать цены на него».

В результате складывается парадоксальная ситу-
ация. Никто из нефтедобывающих стран не жаждет
повторения падения нефтяных цен, но при этом
договориться об общих совместных действиях
для поддержания рынка не могут. И в этом случае
формат ОПЕК+ представляется как один из воз-
можных вариантов серьезного влияния на рынок.
Впрочем, понятно, что простым ограничением до-
бычи в новых условиях добиться полноценного
успеха вряд ли получится. Продление сделки о со-
кращении или трансформация ее в новую форму со-
трудничества вполне возможны. Но, к сожалению,
очевидно, что в нынешней ситуации каждая страна
захочет получить наиболее выгодные условия.

У экономики каждой страны есть свой запас проч-
ности, и именно на него будут ориентироваться участ-
ники будущих переговоров. И здесь, скорее всего,
на первый план выйдет даже не экономика, а полити-
ка и дипломатия. Правда, у России в данном случае
будут неплохие шансы. Естественно, сыграет роль
увеличение ее влияния на Ближнем Востоке и вообще
в мире. Но не стоит забывать и о том, что в последние
годы именно в сфере энергетики РФ удавалось наи-
более успешно действовать на международном рын-
ке. Собственно, только само заключение соглашения
ОПЕК+ на действующих условиях – огромная победа
нашей страны. На данный момент результаты сделки
удовлетворяют именно запросы России. И хочется
надеяться, что если формат ОПЕК+ продолжит жить
после 2018 года, положение не изменится.